... На почте бьет десять. Очнувшись, - день будний, костел заперт наглухо - встаю и иду вниз по крутой отвесно-гулкой улице в тополях. Каменные дома с лепными фронтонами в трещинах низки, небо на горизонте мрачно лиловеет, дымится, зелень темна и свежа. Нет, кажется погоды не будет и сегодня! А ведь я была, вообразите, даже там, на старом польском кладбище за костелом - оно тоже, конечно же, заброшено и сплошь заросло терновником и крапивой - долго, ища и не находя, смотрела на эти старинные, тускло-бронзовые урны и разрушенные могильные склепы с ангелами. "Pokуj jej dusze..." Но мысли путались, нить обрывалась, ускользала... И вот я, по-прежнему завороженно, тихо, все еще во власти каких-то роковых пленительных чар, не чувствуя своего тела, спускаюсь. А город уже давно живет своей жизнью. Где-то скрипит колодец, послышался шум машины. Около рынка на остановке чернеют траурные "клепсидры". Но что мне до того? Я здесь одна, меня никто не знает и не помнит, я расшифровываю палимпсест, как художник , - слой за слоем, до седьмого пота, - упорно соскабливаю с полотна краску и воочию вижу, как на моем холсте  - о чудо! - медленно, неподатливо проступают дивные поблекшие образы былого...